BestBooks.RU - электронная библиотека

Любовные романы и рассказы

Сделать стартовым Добавить закладку

В нашей онлайн библиотеке вы можете найти не только интересные рассказы, популярные книги и любовные романы, но и полезную и необходимую информацию из других областей культуры и искусства: 1 . Надеемся наши рекомендации были Вам полезны. Об отзывах пожалуйста пишите на нашем литературном форуме.

Евгений Торопов

В мире хищных зверей

Главная : Фантастика : Страницы: 1 2 3 4 5 6 7 8 9 10

Глава третья

Встали рано. Тайга дышала полумраком и тишиной, выдыхала кислый запах росы и свежести; птицы еще не пели; по небу тянулась мудрая и могучая лиловая пелена. Немного погодя, как и договаривались, привалил Поэт, груженый туго набитым рюкзаком.

- А, з-зайцы-кролики, - радостно вскричал, разуваясь у входа, он, - Сонное царство! А враг-то не дремлет!

Но это он так здоровался. Конечно же, никто уже давно не спал. Землис ловко и, чисто по-мужски, грубовато накрывал завтрак - шмат сала, сковородка картохи, лук, и еще почти столько же, сколько было на столе, уложил в заплечный мешок Егора.

- Будь добр, Поэт, нарежь хлеб и садимся за стол. Егор, там на трельяже лежит, я набросал, схемка леса и как вам идти через лес.

Егор принес ее и задумчиво спросил что означают эти непонятные метки, вот я вижу Слободку и Город - они подписаны. Вот это, по-видимому, граница тайги, а что означают остальные значки? Хе, ответил лесник, на словах, пожалуй, трудновато будет объяснить. Знаешь что, на местности вы точно все сообразите, гарантирую. Этими значками я изобразил самые присущие, самые бросающиеся в глаза отличия разных зон тайги друг от друга.

- Я знаю, Егорчик, положитесь на меня, - похвастался Поэт. - Для человека, я считаю, нет нерешаемых проблем, и вообще, зачем строить искусственные сложности? Ведь куда-нибудь да выйдем.

- А все же, Егор, возьмите схемку с собой, - сказал Землис и Егор засунул ее в карман.

Потом они дружно сели и основательно поели, рассчитывая на долгий день пути.

- Вы вдвоем представляете собой какой-то нехороший ходячий симптом, - высказал свое возмущение Землис. - Отсюда еще никто не уходил, понимаешь, а тут сразу двое. Не нравится мне это. Вы хоть объясните - зачем вам Город?

- Я уже объяснял, - весело сообщил Поэт. - Я попытался пожить в мире где живет большинство, но потерпел неудачу. Что ж, попытаюсь и второй раз - вдруг получится, а то ведь я никогда не поверю, что право меньшинство.

- Что касается меня, - сказал Егор и задумался - а что же ему в конце концов надо... Обрести себя - вот что нам всем надо. - В общих чертах я понял что такое Дубравная Слободка, а теперь желаю узнать что такое Светлоярск. И потом сравнить.

- Что ж, сугубо личное дело. Но постой, - вдруг виновато вспомнил лесник, - у Поэта, я знаю, есть квартира, а у тебя значит ничего нет, раз не помнишь. Отсутствие крова в суровом обществе есть стопроцентное обречение. Так что давай я напишу рекомендательное письмо к одному замечательному человеку, первое время поживешь у него.

Он быстро набросал записку какому-то Минилаю и Егор ее тоже спрятал в карман. Теперь их с Поэтом больше ничто не удерживало. Они поднялись.

- Ну, с Богом, ребята, - напутствовал хозяин и они, натянув высокие ботфорты, закинув на плечи рюкзаки, опустив на лицо москитные сетки, вышли из избы.

На всем главенствовала роса. По худосочной тропке с нависающими ветками кустарников, при нечаянном задевании которых обрушивались бурные потоки мокрот, и с рослой травой по краям они углубились в непроходимую чащу. Первым шагал Поэт, продирая путь, раздвигая руками тоннель, а Егор едва успевал отбиваться от хлеставших после него веток.

Поэт этот любил жизнь. Да так любил - с охотой, пылко, как еще любят собаки, как любят ее жизнестойкие и вечно молодцеватые любители странствий в обществе легких на подъем, маститых на язык друзей, как любит жизнь солнце, в ясный апрельский день импульсивно попирающее богомерзкие лужи. Без любви к ней жизнь чахнет, говаривал Поэт и улыбался блаженной улыбкой сытого младенца, действительно и изо-всех сил стараясь невинно созерцать мир. Что-то у него произошло такое однажды, какой-то перелом или озарение, после чего Поэт навсегда решил, что ничему на свете не поколебать теперь его уверенности в превосходящей ценности оптимизма, и он следовал этому, и он шутя пренебрегал всеми невзгодами, которые, словно испытывая, превеликой тьмой тем выпали на его издубленную шкуру...

И все-таки его сумели там доконать, в этом городе. Эта тупая серость вкупе с серой тупостью, все эти бездарности и зверства выбили Поэта из колеи, выжили из родного Города, вылили из родимой норы, как выливают сусликов тазиками и ведерками грязной воды.

В окололитературных кругах Светлоярска пробежал слух, что Поэт обезумел и ушел пропадать в тайгу, однако тот, и не думая пропадать, объявился в Слободке, заразил поселян своей кипучей верой в жизнь, всем полюбился, как вдруг, ни с того ни с сего, засобирался обратно в Город. Несомненно, и в здесь его посчитали безумцем. Как и Егора. Между тем в самой Слободке намечался крупный раскол, чуть не фиаско самой идеи "Деревни", и все оттого, что оказывается-то не только один труд заполняет жизнь, пускай он и стоит первым пунктом, - нет, кроме него есть еще миллиард пунктов и жизнью-то, оказывается, называется все то, что касается человека, а человека касается все. Впрочем ладно, в этом бы с горем пополам разобрались бы, дак ведь нет, подвернулся "этот подлец" Поэт со своим баламутством и такое сказал! "После меня, - сказал он, - вы еще призадумаетесь, бегуны гр...е. Истинное счастье не в том, чтобы убежать вперед, - сказал он, - а обернувшись, увидеть остальных далеко позади. Счастье, - сказал он, - в том, чтобы, обернувшись, увидеть остальных бегущими по вашим следам. Наша цель совершенствовать мир и больше пока ни в чем.

- Егор, - внезапно позвал Поэт и Егор вздрогнул.

- Что?

- Пожалуй, ничего. Ты в порядке?

- Пока да.

- Я тоже.

Там, где они теперь шли, кроны деревьев образовывали низкий плотный тяжеловесный свод с крошечными просветами-бойницами.

И Лес дышал. Лес дышал испарениями влаги и пугающими вздохами флоры, он отдыхивался от селя вони, подранком ползущей от Города. Огромный дряблый лес, он скособочившись, неудобно, по-старчески лежал на одном боку, прильнув к потной земле, он испускал последний дух. Здесь все было запутано, словно сам дьявол игрался с клубками ниток на ошалевших своих шабашах и, вконец запутавшись, побросал и ушел - понуро поплелся за другими падшими ангелами, и архангелами, и Хозяином, переселяясь, согласно мечте, в другие миры, мирно вычеркнув из неглупой даже памяти эту несчастную землю-неудачницу. Здесь все было запутано. И не понимал - хоть убейте! - ну не понимал Егор всех этих игр - простых, сложных, с известными и неизвестными правилами, с потайными приемами, и вечным патом.

"Безнадега я, - безнадежно подумал он. - И никогда-то я ничего не понимаю, а может быть это счастье - ничего не понимать. Только почему-то не хочу я этого, боюсь".

Они шли, а ноги их онемело месили неразбери-поймешь какую грязь вместо хотя бы самой захудалой бетонки..

- Да, хреновая у вас тут жизнь, - вздохнул Егор.

- Почему это - у вас?! - весело обиделся Поэт.

- А я не помню чтобы жил здесь раньше.

- Какой хитрец! - пальцем погрозил Поэт и суховато продекламировал:- Все из нас жили здесь, но тысячи не знали где это и тысячи не знали зачем это и потому не брали за себя ответ, один лишь Сын Божий все знал, но из безысходности и жалости к нам горько плакал. А?

Егор засмеялся.

- Тогда и не забивай голову - наш и точка.

- Сын Божий в самом деле плакал? Значит он не оптимист?

- Ишь! Послушай, это Его единственная слабость. Вначале Бог был молод, полон сил и вершил дела направо и налево. Когда же повзрослел, обрел ответственность за дела свои и однажды, пришед взглянуть на творения, вместо оазиса увидал копошащуюся кучу дерьма, Он возжалел нас, а, возжалев, заплакал. Но потом - ничего, отлегло.

- Это каноническая легенда?

- Это я в своих многосерийных снах видел.

- ...? Каких-каких?

- Многосерийных. Развивающихся во времени. Имеющих продолжение.

- Хм!.. Поэт, а расскажи мне про Город, - попросил Егор. - Я так мало знаю про него. Проблемы, раритеты...

- А не многого ли ты требуешь от меня, благородный рыцарь? - воскликнул Поэт. - Про Город ему! Он, мил государи мои, по наивности неведомой полагает, будто хоть кто-то хоть что-то знает про этот самый Город, но это не так. И что такое Город, если подумать отвлеченно, как не величайшее достижение человеческого разумения. Полис, мегаполис, конурбат. Город, благородный рыцарь, это жилье человечества или, то есть, самое что ни на есть первостепенноважное - и по развитию его и удобству можно смело судить об уровне развития самого человечества. А что такое, Егор, человечество?

- Сложный вопрос.

- Две головы - два варианта. Человеческое общество, оно что клейкая паста, связывающая человека с человеком и нет ничего более ценного чем эта связь. Но воспевать надо не человека и не связь эту общелюдскую, а Человека в свете Человечества. И ты еще задаешь вопросы про Город! В Городе либо живут, либо это не Город...

Они прошли область лысых стволов со вздыхающими наростами чаг и болезненно-красными слюнями полипов. Как раз на уровне лица между деревьями провисали липкие паучьи паутины, что до умопомрачения лезли в глаза, в ноздри, в рот и их приходилось с остервенением отдирать от себя, брезгливо стряхивать шустрых членистоногих. Потом они чуть не увязли в обманчивом болотце с вспухающими волдырями тины и тяжелым смрадом тухлых яиц, и поскорее выбирались оттуда, цепляясь друг за друга и за скользкие бурые водоросли, извивающиеся плотным ковром, и напрочь там вымокли и устали, но выбрались невредимыми. Наспех сжевав по бутерброду, побрели в обход этого вязла и неожиданно напоролись на непролазный бурелом, где деревья валялись и торчали устрашающими штырями во все стороны света. Кое-где в воздухе колыхались тускло-жолтые плазменные шары и некоторые даже поворачивались было в их сторону, а один, наткнувшись при этом на сук, взорвался с оглушающим треском и обдал их ворохом пепла, а кожу покоробило кратковременным зудом. Смерть нешуточная бродила вокруг, но им удалось выкарабкаться и из этого навороченного бардака. Впрочем, избавления от Страха это не принесло. Потом они прошли обиталище смерти, где не пели птицы и не шумел верховой ветер, а кое-где в воздухе висели пугающие сгустки-марева, которые даже безрассудный Поэт обходил загодя. Хлипкие кустики и жухлая трава здесь были покрыты будто искрящимся белым инеем. Поэт назвал это Лиловой Изморозью и бесперечь твердил - вот пришествие дьявола на землю. Потом, уже выбравшись из костлявых сатанинских лап, еще раз передохнули, упав на поляне в шелковистую траву. Начинало клонить к вечеру.

- Отдыхаем и последний марш-бросок вперед. С учетом петли, которую дали, думаю осталось несколько километров.

Егор устало кивнул. Они пожевали перемасленные рыбные консервы с хлебом и, хотя вставать было никак невозможно, все-таки пересилили себя и поднялись. Оптимизм Поэта заметно поубавился и болтался как лисий хвост. Вскинув отяжелевший рюкзак, он неуверенно шагнул. Егор попросил помочь ему надеть свой рюкзак. Ныло натертое плечо. Поэт помог, а потом они еще постояли, сгребая подошвами ботфорт старую влажную хвою поверх оставшегося от завтрака мусора.

- Все, вперед! - скомандовал Поэт и пошел.

- Подожди, - остановил Егор, - а разве в ту сторону?

- В ту, в ту, - быстро ответил Поэт. - Идем как шли.

- А я поэтому и спрашиваю, что до остановки мы брали на четверть круга правее.

Тот продолжал грузно идти.

- Поэт! - крикнул Егор, стоявший на месте.

Тот побагровело обернулся и внятно произнес:

- Замолчи! Идем как шли и не путай! - и пошел дальше, но, как показалось будто, помедленнее. Егор поспешил следом.

- Постой, Поэт, - он догнал его и тронул за плечо. - Я ясно помню, что мы шли в том направлении.

Поэт остановился и, улыбаясь, снял с себя рюкзак.

- Все, здравствуй, бабушка. Этого я боялся.

Егор непонимающе смотрел.

- А теперь не двигайся и внимательно вспомни, Егор, откуда мы пришли?

Егор не задумываясь указал рукой. Поэт показал в другую сторону.

- А вот я, брат, - сказал он, - насколько еще доверяю своей памяти, помню что пришли оттуда.

Егор все не понимал. Он был уверен. Впрочем что там, эта уверенность быстро таяла и вскоре как пшик исчезла. Теперь, напрягши память, он видел перед глазами только стволы, стволы и листву под ногами.

- А ты твердо убежден в своей правоте? - спросил Егор Поэта.

- Только без паники.

- Да уж, - сказал Егор.

- Без паники, я сказал! Мы не маленькие дети...

Справа раздался рык.

...

В мгновенье ока, без слов поняв друг друга, содрав неуклюжие рюкзаки свои с плеч, царапаясь и соскабливая кожу с рук и ткань с одежды, забыв про условности и усталости, они расторопно вскарабкались на соседние деревья до развилок сучьев с колотящейся грудью.

- "Кто это?" - "Тсс, тихо!" - "Ружье надо было брать!" - "Бесполезно!" - Где-то поблизости - за полем зрения - неуклюже и деловито вытаптывали кусты. - "А по голосу кто? - спросил Егор, потому что ему не хотелось здесь сидеть. - Хищник?" Поэт не ответил. Тогда Егор поднялся еще выше, на удобный сук и достал из кармана измятый клочок схемы леса. Итак, где же мы теперь? Он повертел ее и так и сяк в руках, однако вскоре пришел к выводу, что не понимает в этих символах ни на полушку. Как будто бы схема говорила если и про лес, то не этот. По пути их следования там стояло: приблизительно на месте болота кружочек с четырьмя рисками; бурелом указан верно, но как-то странно, в виде частокола; а дальше вообще шел кавардак - перевернутый грузовичок, сердечко. Потом, наперерез всей схеме тянулась железная дорога, разветвляясь и упираясь одним концом в колючую проволоку тюрьмы, другим в подземный завод посреди тайги, а третьим круто поворачивая к Светлоярску. Ну и ладно, грустно подумал Егор, буду знать впредь, что человеку надлежит полагаться только на себя. Затем он слазил на верхушку дерева, но в вышине так ничего и не смог увидеть, кроме густой зелени. Тогда он слез обратно и позвал Поэта. Шепотом переговорив, они решили спуститься, по крайней мере на первый взгляд в кустарнике больше не шебутились.

Обсудить книгу на форуме

Главная : Фантастика : Страницы: 1 2 3 4 5 6 7 8 9 10

Евгений Торопов:
Если данная страница вам понравилась и вы хотите рекомендовать ее своим друзьям, то можете внести ее в закладки в ваших социальных сетях:



Возможно вы ищете советы по тому или иному вопросу? В таком случае будем рады, если указанная информация (не связанная с нашей электронной библиотекой) поможет вам и будет крайне полезна в решении поставленных бытовых задач - .


Вы можете также посетить другие разделы нашего сайта: Библиотека | Детективы | Любовные романы | Эротические рассказы | Проза | Фантастика | Юмор, сатира | Все книги
Добавить книгу | Гостевая книга | Гороскопы | Знакомства | Каталог сайтов |



Как добавить книгу в библиотеку 2000-2016 BestBooks.RU Контакты